Александр Дюков: «Культурная дипломатия, защита исторической памяти не сводятся к покраске оградок или их паспортизации»

Александр Дюков: «Культурная дипломатия, защита исторической памяти не сводятся к покраске оградок или их паспортизации»

Директор Фонда «Историческая память», историк Александр Дюков в интервью «Правда.ру» признал необходимость инициативы по паспортизации отечественных военных захоронений за рубежом, но предложил существенно расширить перечень мер «культурной дипломатии».

«Российский МИД разработал меры по активизации деятельности в сфере донесения информации о роли России во Второй мировой войне за рубежом, а также по борьбе с фальсификацией истории и пропагандой нацизма.

Как рассказал замминистра иностранных дел РФ Григорий Карасин, во внешнеполитическом ведомстве считают важными шаги по поддержанию надлежащего состояния военных захоронений советских граждан и россиян за рубежом, размещению информации о них в Интернете. Будут задействованы ресурсы так называемой народной дипломатии.

Для Запада фальсификация истории — норма, говорят эксперты. Ее «причесывают» так, как это надо правящей власти. Поэтому степень цензуры, как и степень контроля различного рода публикаций об истории, просто фантастична. «Самобичевание, самооплевывание, самополивание помоями, которые были характерны для времен горбачевщины, ельцинщины, а отчасти и для нынешнего нашего времени, на Западе просто невозможны», — рассказал ранее «Правде.Ру» историк Андрей Фурсов.

Но Россия свою великую историю всегда отстаивала и отстаивать будет. Об этом говорил президент Владимир Путин.

«Вы знаете, до каких абсурдных, я бы сказал, даже позорных заявлений дошли некоторые наши оппоненты ради политических амбиций, ради того, чтобы сдержать Россию в конечном итоге и изменить историю. Мы должны, конечно, противостоять этому, должны противостоять потоку этой наглой лжи, фальсификаций, подтасовок, искажений исторических фактов», — отметил президент.

Сейчас фальсификация истории — один из методов информационной войны. Этим активно занимаются на Украине. Например, премьер-министр Арсений Яценюк, сумасбродные заявления которого о том, что все «прекрасно помнят», как СССР напал на Украину и Германию, стали не только поводом для возмущения и ноты протеста российского МИДа, но и множественных насмешек.

Недавно «Правда.Ру» сообщала о публикации профессором Бостонского университета Алексис Пери книги о блокадном Ленинграде под названием «Война изнутри. Дневники из блокадного Ленинграда». Автор утверждает, что люди почти не упоминали врага, напавшего на их страну: они видели угрозу со стороны своих соседей, представителей власти и даже родственников. Общий смысл книги в том, что блокадники Ленинграда выжили из-за людоедства.

По словам историков, такие заявления рассчитаны на людей, которые мало знают историю, у которых нет своего мнения. Чем сенсационнее заявление, даже если оно лживо, тем охотнее оно воспринимается публикой. Один из пропагандистов 20-го века Геббельс говорил: «Чем страшнее, чем чудовищнее ложь, тем скорее в нее поверят». То есть ничего нового с точки зрения пропаганды не придумали.

Как в России будут бороться с чудовищной ложью, «Правде.Ру» рассказал глава фонда «Историческая память» Александр Дюков.

МИД разработал комплекс мер по борьбе с ревизией истории и пропагандой нацизма. Это будет работа по донесению объективной информации. Как оцените такие меры? Насколько действенными они могу оказаться?

— Меры эти, вне всякого сомнения, необходимы. Паспортизация захоронений советских и русских воинов за пределами нашей страны — важно. Об этом говорят достаточно давно. Хотя наши посольства всегда заботятся о наших захоронениях, здесь можно много чего еще сделать.

Задействование ресурсов народной дипломатии… Мне не вполне понятен смысл, который вкладывается в эти слова, поскольку деятельность НКО исторического профиля, деятельность городов-побратимов осуществляется и без принятия специальных концепций. Я не думаю, что что-нибудь изменится здесь в лучшую или худшую стороны.

Проблема заключается в том, что паспортизация захоронений никак не работает на донесение объективной информации. Этого нужно добиваться путем издания на иностранных языках работ российских авторов. Можно организовывать презентации авторов на площадках — в том числе зарубежных университетов. Вот где должна быть сосредоточена работа. Но, к сожалению, пока издание наших отечественных работ за рубежом не поддерживается — в отличие от западных стран. Это данность, к которой все привыкли.

— Не поздно ли мы сейчас спохватились? Долгое время мы выпускали максимум яркие буклеты за рубежом, в частности, туристические. Это вся пропаганда? Что вы могли бы еще добавить? Что точно оказалось бы эффективным?

— Чтобы эта инициатива не превратилась в просто модную медиаконцепцию, поощряемую руководством страны, я бы много чего добавил. Дело не в том, что нужно издавать работы российских ученых. Следует проводить летние школы для западных студентов-аспирантов, занимающихся историей. Необходимо поддерживать исследования этих историков — не наших, а зарубежных, по определенной тематике. Необходимы переводы российских работ на иностранные языки, презентации. Избранные вещи, которые есть на Западе, ими тоже очень полезно вооружать наших коллег, историков, журналистов. Речь идет о том, что культурная дипломатия, защита исторической памяти не сводятся к покраске оградок или их паспортизации. Паспортизация — это вещь, которая должна была быть сделана уже давно.

Источник: https://www.pravda.ru/news/society/21-04-2017/1331433-history-0/

Николай Межевич на радио Sputnik Беларусь — «Итоги недели: цитаты Лукашенко, турецкий brexit и теракт в Париже»

Николай Межевич на радио Sputnik Беларусь — «Итоги недели: цитаты Лукашенко, турецкий brexit и теракт в Париже»

Президент Ассоциации прибалтийских исследований Николай Межевич принял участие в радиоэфире на радио «Sputnik Беларусь», где прокомментировал итоги недели, в том числе — наиболее важные моменты из ежегодного послания президента Белоруссии Александра Лукашенко к Национальному собранию и народу.

«Итоги уходящей недели в студии радио Sputnik Беларусь ведущие Александр Кривошеев и Вячеслав Шарапов подвели вместе с гостем из Санкт-Петербурга, президентом Российской ассоциации прибалтийских исследований, доктором экономических наук, профессором Николаем Межевичем, посетившим Минск именно в день, когда президент Александр Лукашенко обратился к Национальному собранию и народу Беларуси с традиционным ежегодным посланием.

«В этот раз анализ и экономической ситуации в стране и анализ международной ситуации был удивительно актуален и современен, произошло слияние внутри- и внешнеполитической повестки дня», — сказал Межевич.

Гость Sputnik отметил высказывание главы государства о том, что решение экономических задач, связанных с внутренним развитием, объективно вытекает из задач внешних.

«Была расставлена иерархия приоритетов во внешней политике и экономике, и мне как российскому эксперту эта иерархия особенно приятна, ибо прозвучала формула об особых отношениях с Россией», — сказал Межевич.

По словам собеседника Sputnik, еще совсем недавно критики белорусско-российских отношений предрекали скорую смерть Союзного государства и чуть ли не оккупацию Могилева русскими войсками, или оккупацию Смоленска белорусскими войсками. Но всех критиков можно «поздравить», так как они в очередной раз оказались «в дураках», резюмировал эксперт.

Собеседники коснулись и других событий — итогов референдума в Турции, 25-летнего юбилея установления дипломатических отношений между Беларусью и Германией, а также последнего теракта в Париже.

Полную аудиоверсию беседы с президентом Российской ассоциации прибалтийских исследований, доктором экономических наук, профессором Николаем Межевичем слушайте на радио Sputnik Беларусь».

Источник: https://m.sputnik.by/radio/20170421/1028449336/itogi-nedeli-tsitaty-lukashenko-turetskiy-brexit-i-terakt-v-parizhe.html

«Почему прибалтийские страны пугают весь мир российской военной угрозой»

«Почему прибалтийские страны пугают весь мир российской военной угрозой»

Президент Российской ассоциации прибалтийских исследований, профессор кафедры европейских исследований факультета международных отношений Санкт-Петербургского госуниверситета Николай Межевич дал большое интервью «Комсомольской правде», в котором охарактеризовал военную обстановку в регионе Балтийского моря.

«Для чего мы, журналисты, пишем о будущей войне, делая мысль о этом обыденной, лично я не понимаю – но по инерции продолжаю делать это вместе со всеми. В самом деле, сложно эту войну не замечать, если планета напоминает одеяло, которое постоянно рвется – то со стороны Сирии его потянут, то Кореи. Прибалтика тоже не отстает, отрабатывая у самых границ России бреющие полеты и уличные бои. Как будто все включились в соревнование за право взорвать мир первым. Не дремлют и теоретики – свой вклад в копилку всеобщего полета в бездну внес и профессор Санкт-Петербургского государственного университета, президент Российской ассоциации прибалтийских исследований Николай Межевич, который в соавторстве со своим калининградским коллегой Юрием Зверевым, написал по заказу Российского Совета по международным делам научную работу с интригующим названием — «Россия и Прибалтика: Сценарии безопасности в условиях политической напряженности» — которая читается как детектив. Жить становится не легче, но однозначно интереснее…

— Почему это вы, Николай Маратович, три гордых независимых страны, которые, по их мнению относятся к Северной Европе, старомодно называете Прибалтикой? Само это слово вызывает там нервный чес.

— Реакция не до конца понятная. Есть официально устоявшийся и ни у кого не вызывающий вопросов термин «государства Причерноморья», и все страны с этим соглашаются, потому что выходят к Черному морю. А термин «Прибалтика» воспринимается в Таллине, Риге и Вильнюсе иначе. Считать себя Северной Европой у них никаких оснований нет. Потому что в основе северной модели лежит любовь к человеку, выражающаяся во всем — начиная от качественной, своевременной медицинской помощи до социального патронажа государства в широком смысле слова, и уважения даже к беженцам, которые прибыли непонятно откуда, а не жили здесь три-четыре поколения люди, как те русские в Латвии и Эстонии или поляки в Литве, которых притесняют только на том основании, что они разговаривают не на титульном языке.

— Ну а нам-то какое до них дело? Пусть они себя хоть Приафрикой назовут. А также Приамерикой, Принорвегией или Пришвецией. Почему эти республики начали вдруг соревноваться за право притянуть военный конфликт на свою территорию?

— Не вдруг. Это накапливалось годами. Даже вступление в НАТО не означало одномоментного разового перехода к сценарию активной конфронтации. Каждое правительство, каждый министр обороны, каждый министр иностранных дел делали в этом направлении маленький шаг. А в совокупности эти шаги привели наши отношения к наиболее проблемному направлению для российской дипломатии. Когда проявляют силу Соединенные Штаты Америки — это все-таки объективное сочетание экономических, политических и военных возможностей. Я не оправдываю американскую политику, но она, по крайней мере, сбалансирована с точки зрения ресурсов. В случае с Эстонией, Латвией и Литвой мы видим гигантские пропагандистские амбиции и воинственную риторику, перед которой отдыхает американская – и при этом отсутствие как возможностей самостоятельно осуществлять военную политику, так и экономического потенциала. Даже для обеспечения собственной безопасности, не говоря уже о том, чтобы кому-то угрожать. Это необычная ситуация для мировой политики.

В прифронтовые государства деньги не вкладывают

— Каждый раз из стран Балтии я возвращаюсь в недоумении, потому что воевать там никто категорически не хочет. Люди хотят удить рыбу, строить дачи, делать ремонты в квартирах и жить спокойной обывательской жизнью, а газеты при этом полны фотографиями военной техники. Можете ли вы объяснить логику прибалтийских государств? Зачем они делают вид, что на них вот-вот нападут и вызывают страх у потенциальных инвесторов — если на самом деле все не так плохо?

— Действительно, существует противоречие — потому что вообще-то в прифронтовые государства деньги не вкладывают. Я думаю, что накапливающиеся проблемы в экономике Эстонии, Латвии и Литвы имеют в том числе и это происхождение. Но с военной подготовкой, а точнее – квазивоенной, это игра не в войну, а в войнушку — здесь произошло следующее: период, когда когда страны Балтии достаточно неплохо решали экономические проблемы, закончился. А дальше надо было объяснять людям, почему они не живут как Финляндия и Швеция. И каждое правительство находило убедительный аргумент: потому что рядом находится Россия, которая угрожает.

— А почему «большие» европейские страны им подыгрывают, соглашаясь с тем, что вот-вот начнется военная операция и понимая при этом, что она не начнется?

— Им все прощают, во-первых, потому что они маленькие. Во-вторых, пострадали от Советского Союза и от Российской империи. В слово «пострадали» я, разумеется, вкладываю всю возможную иронию. Тем более, что цифры показывают, что с точки зрения демографии самыми лучшими годами для эстонцев, латышей и литовцев были советские годы. А самые страшные — 25 лет восстановленной независимости. И когда население начинает об этом задумываться, ему тут же включают красный сигнал: во всем виноваты Россия и Путин.

— В фантастическом фильме BBC о перспективах войны в Прибалтике есть одна разумная фраза кого-то из мировых управленцев: «Стоит ли начинать войну за территорию размером с пару районов европейской столицы?» А вы — верите в вероятность того, что НАТО будет с пеной у рта биться за пресловутую пятую статью своего устава — что любого члена альянса надо защищать?

— Пятая статья не предполагает вмешательства в ситуации, когда, например, какой-нибудь пьяный кайтселийтчик (Кайтселийт — добровольная военизированная организация в Эстонии — Г.С.) пройдет свою половину моста, разделяющего Россию и Эстонию, и выстрелит из автомата в сторону российских пограничников. А если предположить, что с той стороны тоже найдется молодой солдат с не очень крепкой нервной системой и выстрелит в ответ? Так вот, эта статья не распространяется на провокации, которыми богата современная политическая жизнь. Недавние военные учения в Нарве со стрельбой на расстоянии 200 метров от российской границы — это, конечно, провокация. Как и военный парад эстонских вооруженных сил на Петровской площади, который был виден с российского берега без оптического прицела. Что бы сказали нам, если бы мы перенесли военный парад с Красной площади в Ивангород? На определенном этапе у меня сложилось ощущение, что это не Вашингтон инициирует Таллин, Ригу и Вильнюс, а Таллин, Рига и Вильнюс инициируют Вашингтон. То есть не собака виляет хвостом, а хвост собакой.

Палата номер шесть

— Но попытка подстроить инфраструктуру под натовские стандарты началась задолго до того, как страны Балтии получили приглашение в НАТО. Здание посольства США в Риге, например, выглядит как настоящий командный пункт около аэропорта…

— Это так: посольство США в Латвии выполняет те же функции, что когда-то выполнял штаб Прибалтийского военного округа, только архитектура другая. Все как полагается: соответствующие средства связи, оборудование, штат.

— Вы хотите сказать, что милитаризация Литвы, Латвии и Эстонии – это часть некоего тайного плана, который действовал, начиная с 1991 года?

— Прибалтика талантливо угадывала еще не высказанные желания Вашингтона в военно-политической сфере и демонстрировала себя в качестве многовековой жертвы. На определенном этапе это стало давать результаты. Когда стало ясно, что Россия не останется навсегда в ситуации 1992 года, многих за океаном это начало смущать.

— Мы знаем массу прекрасных, умнейших, адекватнейших литовцев, латышей и эстонцев, которые все эти 25 лет молчат. Будет ли это «молчание ягнят» когда-нибудь прервано? Надежды есть – вот совсем недавний пример: в Прибалтике собираются строить Rail Baltica – железную дорогу, которая экономически совершенно себя не оправдывает. Нет там такого количества грузов, чтобы по этой дороге перевозить. В Эстонии противники Rail Baltica, эстонцы, обратились к русским: давайте вместе с нами выйдем на пикет и будем протестовать. Русские, которых неоднократно обманывали, сказали следующее: мы, конечно, не против, как всегда с вами встать в одну шеренгу. Но давайте начнем с того, что вы 9 мая принесете цветы к «Бронзовому солдату» и поклонитесь ему, а потом посмотрим.

— Случай с Rail Baltica — это клиника. Окупаемость у этого проекта — века. Понимают ли это люди? Понимают, но пропаганда непрерывно раскручивается, один ужас вытесняется другим. Есть политические силы, которые предлагают развивать отношения с Россией в режиме Финляндии, у которой весьма сильная и разнообразная армия, но при этом есть желание торговать и сотрудничать. В Прибалтике этот вариант не проходит: недавно депутат латвийского Сейма, сказал: я не пользуюсь лифтом, потому что электроэнергию поставляет Москва, и обогащать ее таким образом не собираюсь. По идее, надо было бы вызвать врачей, связать руки сзади, надеть смирительную рубашку. Но нет, это стало нормой.

Воевать никто не хочет

— В работе «Россия и Прибалтика: Сценарии безопасности в условиях политической напряженности», которую вы написали в соавторстве со своим калининградским коллегой – заведующим кафедрой Балтийского федерального университета Юрием Зверевым — вы выделили три сценария возможной войны. Итак: как все это будет выглядеть?

— Самый первый сценарий – это ситуация «ни мира, ни войны» — констатация того, что происходит сейчас, когда одна сторона провоцирует другую, а вторая сторона поддерживает свою боеготовность. Это может продолжаться и три года, и пять лет, и больше. Это самый реалистичный сценарий, мы условно назвали его «Брестский мир» и оценили вероятность больше чем в 90%.Второй сценарий – возникновение реального военного конфликта. Воевать никто не хочет, но все может произойти само собой. И в этом смысле натовский контингент на территории балтийских стран – это как раз гарантия того, что в случае возникновения конфликта подключится НАТО. Потому что, если погибнет пьяный участник добровольной военной дружины, это одна ситуация. А если солдат или офицер регулярных подразделений НАТО — совсем другая.

— При этом если этот пресловутый солдат НАТО убьет мирного гражданина, он будет неподсуден…

— Потому что заключены соответствующие договора о том, что уголовное, административное и практически любое право национальных государств на военнослужащих не распространяется.

— А где этот локальный конфликт может все-таки произойти – в латвийском Даугавпилсе или эстонской Нарве, где последние два года пасутся толпы иностранных журналистов?

— Для развития туризма это хорошо — хоть какая денежка, но идет. Живут там люди небогатые. А если серьезно — они вовсе не являются сторонниками российской внешней или внутренней политики, хотя и говорят на русском языке. Им бы, чтобы нормально работала система здравоохранения, чтобы ребенок учился на русском языке…

— …И чтоб за отопление заплатить денег хватило…

— Абсолютно точно. Потому что, когда в Даугавпилсе, втором городе (!) Латвии однокомнатная квартира стоит 7 тысяч евро и никто не хочет ее покупать — это это говорит о государстве лучше любой статистики. На самом деле второй сценарий, о котором я говорю – случайный конфликт — страшный и опасный. Чтобы нашим военным добраться из Петербурга в Калининград, нужно лететь вдоль Балтийского моря. Самолеты быстрые, море маленькое, между островом Тютерс в Финском заливе и эстонским островом Вайндлоо всего 16 миль. Крылом задеваешь или одно, или другое. Формально можно сделать это поводом для военного инцидента. А дальше раскручивать по цепочке.

От великого до смешного

— А хороший сценарий у вас есть?

— Есть. Назовем его «Хельсинки-3». Все не то, чтобы забыли прежние обиды, но договорились о мерах военной безопасности, о предотвращении столкновений на суше, на море и в воздухе. Проводится взаимное инспектирование военных объектов и баз. Приняты предложения по разоружению и снижению конфронтации в пропаганде. Организовываются совместные культурные программы. Но вероятность этого сценария сегодня пока минимальна – 2-3 %. Пока ничего не получается. Даже те инициативы о предотвращении инцидентов в воздухе, которые совместно выдвигали президент России и президент Финляндии, в Таллине, Риге и Вильнюсе воспринимаются как инициативы московские и тоже кладутся под сукно.

— В своем докладе вы отмечаете, что все будет зависеть от политики новой американской администрации. Видите ли изменения к лучшему?

— Очень осторожно можно говорить о том, что в Эстония, Латвия и Литва в числе приоритетов новой американской администрации не находятся на прежнем месте. Внимание к Китаю чуть больше, чем к Эстонии, Латвии и Литве вместе взятым. Это вызывает безумное беспокойство в министерствах иностранных дел этих трех государств. Начинается попытка б\у хвоста раскрутить свою очень-очень большую и авторитетную собаку постоянными разговорами о том, что «русские идут», или уже пришли, или никуда не уходили. Фотография госпожи Грибаускайте – президента Литвы с мечом, или министра иностранных дел Эстонии Свена Миксера в очках и в бронежилете — это смешно, но все-таки прежде всего грустно. А уж потом смешно…

Галина Сапожникова«

Источник: http://www.spb.kp.ru/daily/26669.4/3690483/

Алексей Дзермант: «Рассуждения о том, что Белоруссия может выйти из Союзного государства – это фейк»

Алексей Дзермант: «Рассуждения о том, что Белоруссия может выйти из Союзного государства – это фейк»

Белорусский политолог, главный редактор портала «IMHOclub-Беларусь» Алексей Дзермант во время визита в Калининградскую область дал большое интервью газете «Комсомольская правда».

«Очередным гостем дискуссионного клуба «Калининградский блог-пост» стал главный редактор портала «IMHOclub-Беларусь», один из ведущих белорусских политологов Алексей Дзермант. Как на всякий случай оговорился модератор встречи, «во всяком случае, нового поколения». Тем интереснее было послушать, что Алексей думает о событиях последних месяцев в его стране и непростой дружбе России и Белоруссии.

«-Плошча?* — Ни-когд-да!»

Естественно, первым делом заговорили о протестных акциях, прокатившихся недавно по Белоруссии. Желание калининградцев узнать, не объявятся ли на границах страны вслед за бандеровскими последышами еще одни столь же махровые националисты, было вполне понятно. Как было объяснимо и желание гостя развеять малейшие подозрения на сей счет – Алексею ведь еще на родину возвращаться…

— На вопрос «Когда же в Белоруссии будет Майдан?» я отвечу просто: «Ни-ког-да!», — отчеканил Дзермант.

И тут же пояснил: Республика Беларусь-де — совершенно иное государственное образование, нежели Украина. Там на системном уровне напрочь отсутствуют все три фактора, которые способствовали Майдану. В первую очередь — борьба за власть внутри национальной элиты в совокупности с наличием мощного олигархата, свергшего Януковича в поптыке реализовать свои геополитические устремления. Нет и мощной националистической фронды, которая формировала ударную силу – отряды боевиков. Наконец, не наблюдается серьезная внешняя идеологическая и финансовая подпитка, прежде всего, со стороны Запада.

Ну, с белорусским олигархатом и в самом деле все понятно. А вот тамошние националисты в последнее время заявляют о себе все активнее.

— У нас, как и в любом другом государстве, конечно, есть националисты, — соглашается Дзермант. — Но они не представляют мощной организации, которая могла бы стать движущей силой революционных изменений. Причиной протестов, которые наблюдались в течение последних двух месяцев, стал Декрет о предотвращении социального иждивенчества. Идея заключалась в том, чтобы вывести из тени людей, которые официально нигде не работают, но имеют серьезные доходы, при этом никак не участвуя в социальных расходах государства.

В Белоруссии социальная сфера в самом деле забирает значительную часть бюджетных средств. Тем удивительней было слышать буквально следующее:

— Декрет имел характер не экономический – никто не собирался пополнить бюджет за счет этих людей, — объяснил Алексей Дзермант. — Скорее, это был документ морального свойства: чтобы люди выходили из тени и платили налоги.

Логика, согласитесь, весьма своеобразная. В любом случае сотни тысяч людей вдруг чохом зачислили в тунеядцы, что привело к серьезному брожению умов, особенно среди малоимущих слоев общества. Сильнейшие за последние пят лет протесты попытались оседлать националисты и силы прозападного толка, чтобы направить энергию масс в политическое русло для смещения действующей власти и изменения государственной модели. Но «силовики сработали на упреждение, продемонстрировав, что не допустят сценариев, хотя бы отдаленно напоминающих Майдан». А ведь «в организации беспорядков вполне могли обвинить Россию, которая тем самым якобы начинает свержение Лукашенко».

Последний тезис, пожалуй, лучше оставить без комментариев. Утверждая, что сегодня белорусский национализм – удел немногих маргиналов, Дзермант соглашается, что пускать это дело на самотек нельзя, необходимо плотно контролировать ситуацию. Хорошее пожелание, особенно на фоне портрета участника походов на Великие Луки и Псков во время Ливонской войны Льва Сапеги на почетном месте в посольстве Республики Беларусь в Москве.

«Добрый полицейский»?

О позиции Республики Беларусь в отношении воссоединения Крыма с Россией гостеприимные калининградцы так и не спросили. Неудобные моменты взаимоотношений братских стран на этой встрече вообще как-то предпочитали не особо афишировать.

— Рассуждения о том, что Белоруссия может выйти из Союзного государства – это фейк, — однозначен в своем мнении Алексей Дзермант. — Никаких официальных заявлений руководства Республики Беларусь о подобных шагах никогда не было и не будет. Все прекрасно понимают: экономические и военно-политические связи с Россией – это то, что реально обеспечивает суверенитет республики. Я считаю, что именно союз с РФ позволяет Белоруссии иметь такую степень самостоятельности, какую не имеют, например, страны Балтиив рамках ЕС. Да, наши отношения иногда омрачаются хозяйственными спорами. Но системно Беларусь является частью евразийского пространства, которое формируется вокруг России. Конечно, возможно разное видение каких-то внешнеполитических моментов, здесь позиция Беларуси не всегда полностью совпадает с российской. Но ведь в мире политического реализма не бывает абсолютного единомыслия. И если посмотреть на англосаксонские страны или ЕС, то там могут быть расхождения в тактике, но по стратегическим моментам наблюдается безусловное единство. Если бы Беларусь не дистанцировалась от вовлечения в украинский кризис, не было бы и Минских договоренностей, сохраняющих хоть какую-то надежду на разрешение конфликта на Донбассе. У нас есть свое понимание того, как мы должны купировать внешние угрозы. То, что оно не всегда совпадает с мнением на сей счет РФ… А вы уверены, что на самом деле это не согласовано с Россией? Я думаю, уровень взаимодействия между нашими странами достаточен для того, чтобы в какие-то моменты играть в доброго и злого полицейского.

Завидную роль отводит белорусский политолог нашей стране, не находите?

Есть одна у Белоруссии мечта…

— У белорусов есть большая давняя мечта – мечта о море, к которому они пытаются пробиться не мытьем, так катаньем, — признается политолог. — Сегодня наши продукты, обеспечивающие валютные поступления в бюджет, идут, в основном, через такие порты, как литовская Клайпеда или латвийский Вентспилс. Калининград для нас пока заблокирован, поскольку отсутствует прямое сообщение и есть различные препоны, например, со стороны той же Литвы.

Дзермант подразумевал «отсекающие» тарифы литовских железнодорожников. Хотя, казалось бы, вот тут-то белорусам и можно вспомнить если и не о славянском братстве, то о Союзном государстве, пожертвовав хоть толикой своих экономических интересов в пользу союзника, а в конечном итоге – ради общего с ним блага. Черта с два! В отличие от россиян, белорусы демонстрируют, что прежде всего считают собственные доходы, а потом уже совместную с кем бы то ни было выгоду. Поэтому, судя по словам политолога, скорее будут ожидать китайского «Шелкового пути» с фантастической перспективой железной дороги из Белоруссии в Калининград через восточную Польшу.

Если честно, пока столь же иллюзорными представляются прожекты в сфере сельского хозяйства в виде белорусско-калининградских агрохолдингов или поставок уборочной техники «мэйд ин Белораша». Те же ушлые поляки готовы все это предложить на куда более выгодных условиях и буквально сейчас, уже подавая заявки на регистрацию в качестве резидентов особой экономической зоны. То, что работает в Смоленской и Брянской областях, вполне может не прокатить в случае с российским эксклавом на Балтике.

В общем, мечтать, как говорится, не вредно…

Это вам не Российская империя!

Была у наших народов еще одна мечта – сохранить СССР хотя бы в сильно усеченном виде, слив воедино Великую и Белую России. Однако не вышло, и Алексей Дзермант предполагает, почему:

— Попытка создания полноценного союзного государства России и Белоруссии наткнулась на противоречия элит. Тогда, в 1997-1998 годах Александр Лукашенко для российской элиты был неприемлем в качестве президента Российской Федерации. После этого шанс на создание централизованного государства был утрачен. Теперь же элиты сформировались в обоих государствах и политический компромисс между ними в текущих условиях невозможен.

Дзермант не скрывает, что белорусская элита критически настроена по отношению к социально-экономической модели, сложившейся в РФ. Которой белорусам неизбежно придется подчиниться ввиду несоразмерности потенциалов наших стран. Одна из веских причин такого неприятия — наличие в России олигархических групп с серьезными интересами на Западе. В Белоруссии этот сегмент не влияет ни на политику, ни, что еще важнее, на социально-экономическую составляющую.

* Плошча – площадь (белор.), в данном контексте то же самое, что и украинский Майдан»

Источник: http://www.kaliningrad.kp.ru/daily/26666.4/3687587/

Николай Межевич: «В Финляндии не принято быть радикалом, но всё может измениться»

Николай Межевич: «В Финляндии не принято быть радикалом, но всё может измениться»

Президент Российской ассоциации прибалтийских исследований, профессор факультета международных отношений СПбГУ Николай Межевич прокомментировал новостному порталу EADaily итоги прошедших в Финляндии муниципальных выборов.

«На прошедших в Финляндии муниципальных выборах победу одержали правящие партии: Национальная коалиционная набрала по последним данным 20,7%, Социал-демократическая — 19,4%, партия премьер-министра Юхи Сипиля Финляндский центр — 17,5%. Неудачу правой партии «Истинные финны», набравшей 8,8%, прокомментировал EADaily профессор факультета международных отношений Санкт-Петербургского государственного университета (СПбГУ) Николай Межевич.

Почему для финнов так важны выборы в муниципальные органы власти?

— В Финляндии, как и во всех северных странах, очень влиятельно местное самоуправление. И для самих финнов местные выборы это, во-первых, указание на то, что у них сохраняется и развивается демократия, чем финны сильно гордятся после Второй мировой войны, а во-вторых, это подсказка, чего им ждать на следующих уже парламентских выборах. И в этом смысле в воскресенье ничего революционного не стряслось. Хотя, например, несколько уменьшилась поддержка партии «Истинные финны» (8,8% голосов — на 3,5% меньше показателя четырёхлетней давности). Хотя на протяжении нескольких избирательных циклов мы наблюдали рост влияния и этой партии, и правых настроений.

Почему, на ваш взгляд, это произошло? Ведь в Европе в последнее время мы наблюдаем противоположные тенденции.

— Дело в том, что если брать всю Европу крен вправо там не выглядит однозначным. Выборы в Голландии, например, также показали, что на какое-то время националистические политические проявления могут отступить. Замечу, что в Финляндии подобные настроения не очень-то принято выражать, говорить о них вслух. Финн очень часто может быть согласен с политикой «Истинных финнов», но не скажет об этом своей жене, потому что это неприлично. Но, опять же, отступить-то такие проявления могут, но могут и вернуться обратно. Скажем, после неких негативных событий в мире, Европе, в Скандинавии и, наконец, просто в Финляндии, может опять произойти рост популярности партии «Истинные финны».

Для России сегодняшний спад популярности этой националистической партии — это плюс?

— Для России главный результат, что парламентская коалиция на следующих выборах будет примерно такой же или почти такой же. Ведь любая революция в Финляндии действительно ничего хорошего для нас не принесёт. И в этом смысле то, что у финнов всё остаётся в пределах прежней модели для нас является хорошим знаком. А вообще, протестные правые и ультраправые настроения возникают тогда, когда экономические показатели падают вниз. Но у наших соседей, где в понимании самих финнов экономическая ситуация всё-таки вызывает сложности, провала как такового не было. И сейчас финская экономика начинает медленно выздоравливать. Ещё на территории Финляндии не было террористических проявлений. Вокруг — были, а в самой Финляндии — нет. Поэтому и не стоило ожидать никаких сюрпризов от избирателей.

Достаточно сильно прибавили финские «зелёные», набрав на четыре процента больше (12,4%), чем на прошлых аналогичных выборах.

— Европейские «зелёные» — близкие родственники европейских левых. То есть это люди, как правило, социал-демократической ориентации, в программных установках которых хорошо выражены идеи экологии. В Финляндии этим вопросом занимаются очень серьёзно, там это входит в круг национальных традиций. Поэтому «зелёные», блокирующиеся с умеренно левыми и центристами, — это основа двухблоковой демократии этой страны.

Петербург и Ленинградская область иногда доставляют Суоми некоторые экологические неудобства. Финнов тревожат такие объекты как ЛАЭС, ЛАЭС-2, полигон «Красный Бор».

— Думаю, что на муниципальных выборах такого подтекста не было. Санкт-Петербург по количеству жителей действительно больше, чем вся Финляндия. Поэтому наш мегаполис может вызывать у соседей беспокойство. Но в принципе, в нормальных условиях, как это было при поздней советской власти в 70−80-е годы прошлого века и в начале века нынешнего, мы всегда находили с соседями прекрасные возможности для взаимодействия. Например, в рамках международной программы Северное измерение или по внедрению Юго-Западных очистных сооружений. Финны вообще умеют с нами работать. Это не означает, что они разделяют наши позиции по всем вопросам мировой экономики, но, по крайней мере, они нас знают, а мы знаем их, и сотрудничать с ними на порядок легче, чем с теми же эстонцами или латышами, литовцами или поляками.

На избирательные участки в Финляндии пришло 58% избирателей.

— Показанный результат выглядит очень приличным для муниципальных голосований в странах современной Европе, где значительная часть избирателей давно уже не участвует в местных выборах. Как правило, там работает стандартная планка — на президентские выборы людей собирается больше всего, на парламентские — поменьше, а на местные — народ вообще ленится идти. Поэтому те же финны вчера показали очень неплохой результат».

Беседовал Егор Зубцов

Источник: https://eadaily.com/ru/news/2017/04/10/v-finlyandii-ne-prinyato-byt-radikalom-no-vsyo-mozhet-izmenitsya-politolog

Страница 4 из 35« Первая...23456...102030...Последняя »