Деловые новости: «Трибунал над коммунизмом станет ключевым шагом к реабилитации нацизма»

Деловые новости: «Трибунал над коммунизмом станет ключевым шагом к реабилитации нацизма»

В материале «Деловых новостей», посвященном активно обсуждаемой в Прибалтике идее «международного антикоммунистического трибунала», свое мнение по проблеме высказали и эксперты Ассоциации прибалтийских исследований — руководитель исследовательских программ фонда «Историческая память» историк Владимир Симиндей и эстонский правозащитник Сергей Середенко.

«Идея международного трибунала над коммунизмом не нова, но теперь, воспользовавшись антироссийской истерией на Западе, Прибалтика пытается вывести ее на международный уровень. Что будет означать подобное судилище на практике? Корректно ли оно с юридической точки зрения? И что пытаются скрыть страны Балтии, лоббируя данную идею?

Уже многие годы власти Литвы, Латвии и Эстонии лелеют мысли об организации своеобразного «Нюрнберга-2». Идейная начинка у него будет немудрёная: советский коммунизм является столь же преступным режимом, как и германский нацизм, но, в отличие от последнего, не получил соответствующей оценки на международном уровне. Значит, этим придется заняться Прибалтике – как пострадавшей стороне.

Первые конкретные предложения о проведении «антикоммунистического трибунала» прозвучали в 2015 году – в ходе конференции, проводившейся эстонским «Музеем оккупации» с участием гостей из Латвии, Литвы, Польши, Чехии, Словакии, Венгрии и Грузии. Тогда профессор литовского Института международного права и права Евросоюза Университета Миколаса Рёмериса Юстинас Жилинскас сказал газете Lietuvos zinios, что «создание международного трибунала по расследованию преступлений коммунизма было бы очень символическим актом в плане закрепления исторической памяти». Однако, по мнению профессора, это «вряд ли бы помогло реально привлечь к ответственности лиц, осуществлявших коммунистические репрессии, потому что живых таких лиц, во всяком случае в Литве, практически не осталось».

Сейчас этот вопрос перешел уже на уровень министерств юстиции: в феврале минюсты Литвы и Латвии получили от эстонских коллег предложение начать консультации об учреждении «международного трибунала по расследованию преступлений коммунизма». Дает ли это проекту реальные перспективы? Историк Владимир Симиндей (кстати, уроженец Риги и руководитель исследовательских программ фонда «Историческая память») считает, что в какой-то мере – да: Латвия, Литва и Эстония попытаются воспользоваться антироссийской истерией, чтобы вывести свои политико-исторические претензии к Москве на международно-правовой уровень. «Действующих юридических форматов у прибалтов для этого нет, вот и приходится выдумывать что-то «самолепное». Пока Россия сильна, эта политическая игрушка суда над общей историей за счет РФ и русских не имеет серьезного значения, но внесет в общий хор дополнительный «скрежет». Ну и не будем забывать, что «титульный» электорат в Прибалтике тамошним политическим силам все еще можно как-то мобилизовать на переплетении русофобии и антикоммунистической риторики», – заявил Симиндей.

В свою очередь, доктор политических наук, кандидат исторических наук, доцент Санкт-Петербургского университета Наталья Еремина напоминает, что международные трибуналы учреждаются в том числе для подведения итогов военных действий – с их помощью перед лицом судей можно доказать человеческие потери, причиненный ущерб и так далее. То есть трибуналы проводят страны-победители.

 «А здесь мы видим, что инициаторы – это европейская периферия, с мнением которой в ЕС особо не считаются. Между странами – инициаторами подобного трибунала и СССР, олицетворяющим коммунистическую систему, войны не было. Более того, «оккупационный» статус, которым прикрываются страны Прибалтики, должен сопутствовать именно военным действиям и учреждаться на территории противника. Поэтому в данных государствах столь большое внимание уделяется тем военным формированиям (те же легионеры «Ваффен СС»), которые воевали против советской армии, видимо, в попытках как раз доказать наличие войны. Перед Эстонией, Латвией и Литвой стоит задача доказать, что они были оккупированы. И это рассматривается прибалтийскими властями как шанс отстоять свою якобы непричастность к коммунистической идеологии (хотя на самом деле многие политические деятели.

Прибалтики непосредственно были с ней связаны – взять, к примеру, президента Литвы Далю Грибаускайте, являвшуюся высокопоставленным коммунистическим функционером) и таким образом провести «очищение». В подобном смысле требование создать трибунал – это и политический акт, связанный со строительством этнонациональных государств в Прибалтике. И они полагают, что в результате деятельности трибунала «оккупацию» уже никто не посмеет оспаривать», – заявила Еремина.

По ее словам, вопросы признания «оккупации» и осуждения коммунизма тесно взаимосвязаны. «Но данные темы полагаются не только ступеньками в развитии этноцентричного государства, но и инструментом экономического давления на Россию. Обратите внимание на то, что призывы к созданию трибунала обоснованы и необходимостью получить компенсации за страдания и принудительный труд в СССР. И с кого же прибалты еще могут получить эти компенсации, как не с наследницы СССР, то есть России? При этом их, конечно, не волнуют страдания и потери, а также принудительный труд в лагерях многочисленных представителей русского населения. Более того, в Эстонии, Латвии и Литве уже назначили русских виновными в распространении коммунизма и «оккупации» Прибалтики», – предупреждает она.

«Вильнюс, Рига и Таллин воспринимают учреждение Дня памяти жертв сталинизма и нацизма, Резолюцию ПАСЕ об осуждении тоталитарных коммунистических режимов, Резолюцию ПА ОБСЕ о воссоединении разделенной Европы и всевозможные декларации, принимаемые в странах Восточной Европы об осуждении коммунизма, как инструменты воздействия на общественное мнение – чтобы все-таки превратить идею о международном трибунале в практику». Однако, считает Еремина, если будет осужден коммунизм (а именно коммунисты выступали основными историческими оппонентами и реальными противниками нацизма и фашизма), это автоматически приведет к нивелированию преступлений нацизма. «Коммунизм и нацизм во многих резолюциях и декларациях уже приравняли друг к другу, хотя это разные явления. Если нацизм – это прежде всего идея ультранационализма и агрессивного национализма, то коммунизм, напротив, – это идея интернационализма. Существует серьезная опасность того, что понимание угроз нацизма будет ослабевать. И, на мой взгляд, нет лучшего средства окончательно дискредитировать международные уголовные процедуры, как учреждение подобного трибунала», – заключает эксперт.

Известный эстонский правозащитник, специалист по конституционному праву Сергей Середенко провел  юридический «разбор полетов» по идее антикоммунистического трибунала. Он подчеркивает, что обозначить «специфически коммунистические преступления» и криминализовать их до сих пор получается плохо – хотя попытки предпринимаются. Так, понятие «коммунистических преступлений» вводит, например, польский Закон об «Институте национальной памяти» («Комиссии по расследованию преступлений против польского народа») от 18 декабря 1998 года. В данном нормативном акте этим термином обозначаются «деяния, совершенные должностным лицом коммунистического государства в период с 17 сентября 1939 г. по 31 июля 1990 г., представляющие собой репрессии или иные формы нарушений прав человека по отношению к какому-либо лицу или социальной группе, а также иные действия, совершенные в связи с такими репрессиями и составляющие состав преступления согласно уголовному законодательству, действовавшему в момент их совершения».

Также, напоминает Середенко, попытка разобраться в «специфически коммунистических преступлениях» была предпринята ПАСЕ в резолюции № 1481 от 25 января 2006 года «Необходимость международного осуждения преступлений тоталитарных коммунистических режимов». В этой резолюции говорится о том, что «все тоталитарные коммунистические режимы, правившие в XX веке в странах Центральной и Восточной Европы и до сих пор остающиеся у власти в ряде государств мира, характеризуются массовыми нарушениями прав человека (включая индивидуальные и коллективные убийства и казни), гибелью людей в концентрационных лагерях, смертями от голода, депортации, пыток, рабским трудом и другими формами массового физического террора, преследованиями по этническим и религиозным основаниям, нарушением свободы совести, мысли и слова, свободы прессы, а также отсутствием политического плюрализма».

Однако, по мнению эксперта, данные обвинения можно предъявить коммунистической идеологии только частично. «Например, коммунистическая идеология, будучи глубоко интернациональной, не приемлет преследований по этническим основаниям – подобные обвинения можно прежде всего адресовать националистической идеологии. Там, где националистическая и фашистская идеологии утверждают режим расовой дискриминации, коммунистическая идеология стремится к режиму социальной (классовой) дискриминации, выражением которого является «классовая борьба» и установление «диктатуры пролетариата». Характерно, что в указанной резолюции ПАСЕ не приведен такой специфически коммунистический тип терроризма, как «красный террор». Женевская Декларация о терроризме 1987 года, дающая описание «государственного терроризма», воздерживается от привязки этого явления к какой-либо идеологии», – говорит Середенко.

Правозащитник подчеркивает, что между фашистской и коммунистической идеологиями есть ощутимая разница научного свойства. «Преамбулы Декларации ООН и Международной конвенции о ликвидации всех форм расовой дискриминации содержат четкое отношение к «научным» обоснованиям идеи расового превосходства: «Всякая теория расового различия или превосходства в научном отношении ложна, в моральном отношении предосудительна, в социальном отношении несправедлива и опасна – и ничто не позволяет оправдывать расовую дискриминацию ни в теории, ни на практике». Социальные же, и, в первую очередь, имущественные различия, с которыми в целях установления не только формального, но и фактического равенства борется коммунизм, являются объективно существующими и научно обоснованными», – говорит Середенко.

Эксперт напомнил, что в свое время венгерские коммунисты через Европейский суд по правам человека добились отмены запрета на ношение красных звезд в своей стране. Он также выделил тот важный факт, что, в отличие от нацистов, мировой коммунизм не был побежден в войне – от него отказались по доброй воле. При этом теорию научного коммунизма никто не опроверг, напротив, многие исследователи общественных процессов до сих пор строят свои изыскания на базе марксистских идей.

По большому счету нынешняя идея с трибуналом – личная инициатива главы министерства юстиции Эстонии Урмаса Рейнсалу. «За минувшие двадцать пять лет у эстонских ультраправых никаких новых мыслей не появилось. Полтора года назад он со своими коллегами, министрами юстиции Литвы и Латвии, подписал пакт о том, что они будут совместно требовать у России компенсаций за «оккупацию». У человека две идеи фикс – трибунал по коммунизму и компенсации с России. Правда, наш бывший премьер-министр Таави Рыйвас тогда одёрнул Рейнсалу – дескать, никаких денег у России требовать мы не станем», – напомнил правозащитник.

Мнение эксперта «Деловых Новостей»: «Вообще же вся эта риторика о трибуналах и компенсациях – продукт, в первую очередь, для внутреннего потребления, способ завоевать голоса избирателей. Очень сомневаюсь, что какие-то практические шаги по организации этого трибунала будут предприняты в действительности», — поделился мнением политолог Петр Лисков«.

Фото © stena.ee

Источник: http://delonovosti.ru/editor/3915-tribunal-nad-kommunizmom-stanet-klyuchevym-shagom-k-reabilitacii-nacizma.html

«Почему прибалтийские страны пугают весь мир российской военной угрозой»

«Почему прибалтийские страны пугают весь мир российской военной угрозой»

Президент Российской ассоциации прибалтийских исследований, профессор кафедры европейских исследований факультета международных отношений Санкт-Петербургского госуниверситета Николай Межевич дал большое интервью «Комсомольской правде», в котором охарактеризовал военную обстановку в регионе Балтийского моря.

«Для чего мы, журналисты, пишем о будущей войне, делая мысль о этом обыденной, лично я не понимаю – но по инерции продолжаю делать это вместе со всеми. В самом деле, сложно эту войну не замечать, если планета напоминает одеяло, которое постоянно рвется – то со стороны Сирии его потянут, то Кореи. Прибалтика тоже не отстает, отрабатывая у самых границ России бреющие полеты и уличные бои. Как будто все включились в соревнование за право взорвать мир первым. Не дремлют и теоретики – свой вклад в копилку всеобщего полета в бездну внес и профессор Санкт-Петербургского государственного университета, президент Российской ассоциации прибалтийских исследований Николай Межевич, который в соавторстве со своим калининградским коллегой Юрием Зверевым, написал по заказу Российского Совета по международным делам научную работу с интригующим названием — «Россия и Прибалтика: Сценарии безопасности в условиях политической напряженности» — которая читается как детектив. Жить становится не легче, но однозначно интереснее…

— Почему это вы, Николай Маратович, три гордых независимых страны, которые, по их мнению относятся к Северной Европе, старомодно называете Прибалтикой? Само это слово вызывает там нервный чес.

— Реакция не до конца понятная. Есть официально устоявшийся и ни у кого не вызывающий вопросов термин «государства Причерноморья», и все страны с этим соглашаются, потому что выходят к Черному морю. А термин «Прибалтика» воспринимается в Таллине, Риге и Вильнюсе иначе. Считать себя Северной Европой у них никаких оснований нет. Потому что в основе северной модели лежит любовь к человеку, выражающаяся во всем — начиная от качественной, своевременной медицинской помощи до социального патронажа государства в широком смысле слова, и уважения даже к беженцам, которые прибыли непонятно откуда, а не жили здесь три-четыре поколения люди, как те русские в Латвии и Эстонии или поляки в Литве, которых притесняют только на том основании, что они разговаривают не на титульном языке.

— Ну а нам-то какое до них дело? Пусть они себя хоть Приафрикой назовут. А также Приамерикой, Принорвегией или Пришвецией. Почему эти республики начали вдруг соревноваться за право притянуть военный конфликт на свою территорию?

— Не вдруг. Это накапливалось годами. Даже вступление в НАТО не означало одномоментного разового перехода к сценарию активной конфронтации. Каждое правительство, каждый министр обороны, каждый министр иностранных дел делали в этом направлении маленький шаг. А в совокупности эти шаги привели наши отношения к наиболее проблемному направлению для российской дипломатии. Когда проявляют силу Соединенные Штаты Америки — это все-таки объективное сочетание экономических, политических и военных возможностей. Я не оправдываю американскую политику, но она, по крайней мере, сбалансирована с точки зрения ресурсов. В случае с Эстонией, Латвией и Литвой мы видим гигантские пропагандистские амбиции и воинственную риторику, перед которой отдыхает американская – и при этом отсутствие как возможностей самостоятельно осуществлять военную политику, так и экономического потенциала. Даже для обеспечения собственной безопасности, не говоря уже о том, чтобы кому-то угрожать. Это необычная ситуация для мировой политики.

В прифронтовые государства деньги не вкладывают

— Каждый раз из стран Балтии я возвращаюсь в недоумении, потому что воевать там никто категорически не хочет. Люди хотят удить рыбу, строить дачи, делать ремонты в квартирах и жить спокойной обывательской жизнью, а газеты при этом полны фотографиями военной техники. Можете ли вы объяснить логику прибалтийских государств? Зачем они делают вид, что на них вот-вот нападут и вызывают страх у потенциальных инвесторов — если на самом деле все не так плохо?

— Действительно, существует противоречие — потому что вообще-то в прифронтовые государства деньги не вкладывают. Я думаю, что накапливающиеся проблемы в экономике Эстонии, Латвии и Литвы имеют в том числе и это происхождение. Но с военной подготовкой, а точнее – квазивоенной, это игра не в войну, а в войнушку — здесь произошло следующее: период, когда когда страны Балтии достаточно неплохо решали экономические проблемы, закончился. А дальше надо было объяснять людям, почему они не живут как Финляндия и Швеция. И каждое правительство находило убедительный аргумент: потому что рядом находится Россия, которая угрожает.

— А почему «большие» европейские страны им подыгрывают, соглашаясь с тем, что вот-вот начнется военная операция и понимая при этом, что она не начнется?

— Им все прощают, во-первых, потому что они маленькие. Во-вторых, пострадали от Советского Союза и от Российской империи. В слово «пострадали» я, разумеется, вкладываю всю возможную иронию. Тем более, что цифры показывают, что с точки зрения демографии самыми лучшими годами для эстонцев, латышей и литовцев были советские годы. А самые страшные — 25 лет восстановленной независимости. И когда население начинает об этом задумываться, ему тут же включают красный сигнал: во всем виноваты Россия и Путин.

— В фантастическом фильме BBC о перспективах войны в Прибалтике есть одна разумная фраза кого-то из мировых управленцев: «Стоит ли начинать войну за территорию размером с пару районов европейской столицы?» А вы — верите в вероятность того, что НАТО будет с пеной у рта биться за пресловутую пятую статью своего устава — что любого члена альянса надо защищать?

— Пятая статья не предполагает вмешательства в ситуации, когда, например, какой-нибудь пьяный кайтселийтчик (Кайтселийт — добровольная военизированная организация в Эстонии — Г.С.) пройдет свою половину моста, разделяющего Россию и Эстонию, и выстрелит из автомата в сторону российских пограничников. А если предположить, что с той стороны тоже найдется молодой солдат с не очень крепкой нервной системой и выстрелит в ответ? Так вот, эта статья не распространяется на провокации, которыми богата современная политическая жизнь. Недавние военные учения в Нарве со стрельбой на расстоянии 200 метров от российской границы — это, конечно, провокация. Как и военный парад эстонских вооруженных сил на Петровской площади, который был виден с российского берега без оптического прицела. Что бы сказали нам, если бы мы перенесли военный парад с Красной площади в Ивангород? На определенном этапе у меня сложилось ощущение, что это не Вашингтон инициирует Таллин, Ригу и Вильнюс, а Таллин, Рига и Вильнюс инициируют Вашингтон. То есть не собака виляет хвостом, а хвост собакой.

Палата номер шесть

— Но попытка подстроить инфраструктуру под натовские стандарты началась задолго до того, как страны Балтии получили приглашение в НАТО. Здание посольства США в Риге, например, выглядит как настоящий командный пункт около аэропорта…

— Это так: посольство США в Латвии выполняет те же функции, что когда-то выполнял штаб Прибалтийского военного округа, только архитектура другая. Все как полагается: соответствующие средства связи, оборудование, штат.

— Вы хотите сказать, что милитаризация Литвы, Латвии и Эстонии – это часть некоего тайного плана, который действовал, начиная с 1991 года?

— Прибалтика талантливо угадывала еще не высказанные желания Вашингтона в военно-политической сфере и демонстрировала себя в качестве многовековой жертвы. На определенном этапе это стало давать результаты. Когда стало ясно, что Россия не останется навсегда в ситуации 1992 года, многих за океаном это начало смущать.

— Мы знаем массу прекрасных, умнейших, адекватнейших литовцев, латышей и эстонцев, которые все эти 25 лет молчат. Будет ли это «молчание ягнят» когда-нибудь прервано? Надежды есть – вот совсем недавний пример: в Прибалтике собираются строить Rail Baltica – железную дорогу, которая экономически совершенно себя не оправдывает. Нет там такого количества грузов, чтобы по этой дороге перевозить. В Эстонии противники Rail Baltica, эстонцы, обратились к русским: давайте вместе с нами выйдем на пикет и будем протестовать. Русские, которых неоднократно обманывали, сказали следующее: мы, конечно, не против, как всегда с вами встать в одну шеренгу. Но давайте начнем с того, что вы 9 мая принесете цветы к «Бронзовому солдату» и поклонитесь ему, а потом посмотрим.

— Случай с Rail Baltica — это клиника. Окупаемость у этого проекта — века. Понимают ли это люди? Понимают, но пропаганда непрерывно раскручивается, один ужас вытесняется другим. Есть политические силы, которые предлагают развивать отношения с Россией в режиме Финляндии, у которой весьма сильная и разнообразная армия, но при этом есть желание торговать и сотрудничать. В Прибалтике этот вариант не проходит: недавно депутат латвийского Сейма, сказал: я не пользуюсь лифтом, потому что электроэнергию поставляет Москва, и обогащать ее таким образом не собираюсь. По идее, надо было бы вызвать врачей, связать руки сзади, надеть смирительную рубашку. Но нет, это стало нормой.

Воевать никто не хочет

— В работе «Россия и Прибалтика: Сценарии безопасности в условиях политической напряженности», которую вы написали в соавторстве со своим калининградским коллегой – заведующим кафедрой Балтийского федерального университета Юрием Зверевым — вы выделили три сценария возможной войны. Итак: как все это будет выглядеть?

— Самый первый сценарий – это ситуация «ни мира, ни войны» — констатация того, что происходит сейчас, когда одна сторона провоцирует другую, а вторая сторона поддерживает свою боеготовность. Это может продолжаться и три года, и пять лет, и больше. Это самый реалистичный сценарий, мы условно назвали его «Брестский мир» и оценили вероятность больше чем в 90%.Второй сценарий – возникновение реального военного конфликта. Воевать никто не хочет, но все может произойти само собой. И в этом смысле натовский контингент на территории балтийских стран – это как раз гарантия того, что в случае возникновения конфликта подключится НАТО. Потому что, если погибнет пьяный участник добровольной военной дружины, это одна ситуация. А если солдат или офицер регулярных подразделений НАТО — совсем другая.

— При этом если этот пресловутый солдат НАТО убьет мирного гражданина, он будет неподсуден…

— Потому что заключены соответствующие договора о том, что уголовное, административное и практически любое право национальных государств на военнослужащих не распространяется.

— А где этот локальный конфликт может все-таки произойти – в латвийском Даугавпилсе или эстонской Нарве, где последние два года пасутся толпы иностранных журналистов?

— Для развития туризма это хорошо — хоть какая денежка, но идет. Живут там люди небогатые. А если серьезно — они вовсе не являются сторонниками российской внешней или внутренней политики, хотя и говорят на русском языке. Им бы, чтобы нормально работала система здравоохранения, чтобы ребенок учился на русском языке…

— …И чтоб за отопление заплатить денег хватило…

— Абсолютно точно. Потому что, когда в Даугавпилсе, втором городе (!) Латвии однокомнатная квартира стоит 7 тысяч евро и никто не хочет ее покупать — это это говорит о государстве лучше любой статистики. На самом деле второй сценарий, о котором я говорю – случайный конфликт — страшный и опасный. Чтобы нашим военным добраться из Петербурга в Калининград, нужно лететь вдоль Балтийского моря. Самолеты быстрые, море маленькое, между островом Тютерс в Финском заливе и эстонским островом Вайндлоо всего 16 миль. Крылом задеваешь или одно, или другое. Формально можно сделать это поводом для военного инцидента. А дальше раскручивать по цепочке.

От великого до смешного

— А хороший сценарий у вас есть?

— Есть. Назовем его «Хельсинки-3». Все не то, чтобы забыли прежние обиды, но договорились о мерах военной безопасности, о предотвращении столкновений на суше, на море и в воздухе. Проводится взаимное инспектирование военных объектов и баз. Приняты предложения по разоружению и снижению конфронтации в пропаганде. Организовываются совместные культурные программы. Но вероятность этого сценария сегодня пока минимальна – 2-3 %. Пока ничего не получается. Даже те инициативы о предотвращении инцидентов в воздухе, которые совместно выдвигали президент России и президент Финляндии, в Таллине, Риге и Вильнюсе воспринимаются как инициативы московские и тоже кладутся под сукно.

— В своем докладе вы отмечаете, что все будет зависеть от политики новой американской администрации. Видите ли изменения к лучшему?

— Очень осторожно можно говорить о том, что в Эстония, Латвия и Литва в числе приоритетов новой американской администрации не находятся на прежнем месте. Внимание к Китаю чуть больше, чем к Эстонии, Латвии и Литве вместе взятым. Это вызывает безумное беспокойство в министерствах иностранных дел этих трех государств. Начинается попытка б\у хвоста раскрутить свою очень-очень большую и авторитетную собаку постоянными разговорами о том, что «русские идут», или уже пришли, или никуда не уходили. Фотография госпожи Грибаускайте – президента Литвы с мечом, или министра иностранных дел Эстонии Свена Миксера в очках и в бронежилете — это смешно, но все-таки прежде всего грустно. А уж потом смешно…

Галина Сапожникова«

Источник: http://www.spb.kp.ru/daily/26669.4/3690483/

Правда.ру: «Николай Межевич – о профессиональных эстонских русофобах»

Правда.ру: «Николай Межевич – о профессиональных эстонских русофобах»

Свой материал о докладе охранной полиции Эстонии об угрозах национальной безопасности в 2016 году опубликовала и «Правда.ру». За комментариями газета обратилась к Президенту Ассоциации прибалтийских исследований Николаю Межевичу.

«Эстонские спецслужбы заявили, что безопасности Эстонской Республики угрожают все, кто занимается странами Балтии на русском языке и смеет критически о них высказываться.

Прошлогодний ежегодник КаПо, конечно, наделал шумихи. Эстонская служба безопасности «показала миру» «секретные документы российских спецслужб», которые эстонцы якобы сумели раздобыть по своим агентурным каналам. В частности, можно было увидеть такие ляпы: «В Управление кадровой Слузбы ФСБ России» и «Первый заместитель Рукаводителя». Вот вам и борьба с русским языком.

Что же в этом году? Охранная полиция Эстонии причислила к угрозам национальной безопасности российских и русскоязычных ученых, журналистов, общественников и правозащитников, которые говорят и пишут о странах Балтии.

«Кремль постоянно поддерживает и финансирует людей, которые пропагандируют антиэстонские пропагандистские рассказы на мероприятиях международных организаций, — заявили в службе безопасности. — Например, представители Центра правовой информации по правам человека и «Русской школы Эстонии» вновь приняли участие в ежегодном совещании по человеческому измерению, организованном Бюро ОБСЕ по демократическим институтам и правам человека в Варшаве с 19 по 30 сентября 2016 года. Эти «независимые представители эстонского гражданского общества», купленные на русские деньги, нарисовали картину Эстонии, полностью оправдавшую ожидания спонсора: Эстония нарушает права российских детей на образование на своем родном языке и имеет «массовый» вопрос с людьми без гражданства».

«В начале 2016 года активизировалось влияние России на Прибалтийские государства в области истории. Признак этого усиления — основание Российской ассоциации прибалтийских исследований (РАПИ), которая должна в будущем объединить исследователей, изучающих историю и нынешнюю ситуацию в странах Балтии. Александр Дюков, руководитель агентства российской пропаганды в сфере истории, Фонда «Историческая память», рассказал об идее создания РАПИ и о необходимости в ней уже в 2014 году, — пишет КаПо. — У общественности сложилось впечатление, что Фонд был основан не по инициативе исследователей, а для продвижения внешнеполитических и внутренних пропагандистских интересов России… В своей деятельности РАПИ использует типичные для распространения российского влияния месседжи: дискриминация русскоязычного населения, фальсификация истории, балтийские государства как проблемный регион и т. д.».

Как вам такой «профессионализм» эстонской разведки?

«Правда.Ру» обратилась за комментарием к профессору кафедры европейских исследований факультета международных отношений СПбГУ, президенту Российской ассоциации прибалтийских исследований Николаю Межевичу.

 — Вы и ваша организация — Российская ассоциация прибалтийских исследований — попали в ежегодник полиции безопасности Эстонии. Что это значит? За какие «великие» проступки?

— У нас — участников Ассоциации прибалтийских исследований, у меня лично как ее президента действительно по некоторым вопросам истории, экономики, эффективности политических систем (подчеркну, по вопросам академическим) различные взгляды с эстонскими историками, экономистами, политологами. Равным образом, у нас различные взгляды могут быть и в ряде случаев с белорусскими, польскими, китайскими, корейскими экспертами. Вопрос главный в том, почему именно в этом случае попали в ежегодник специальной службы уважаемого и независимого государства? Думаю, проблема заключается, в общем-то, в одном: эстонская государственная конструкция абсолютно не воспринимает любую критику. А любую иную позицию воспринимает непосредственно как покушение на основы государственности.

 А критиковать есть за что: за конструкцию, по которой треть населения была лишена гражданства в 1991 году; за провоцирование беспорядков в 2007 году, в ходе которых погиб гражданин России. И официальная позиция МИДа России по этому поводу достаточно четкая и жесткая. И конечно, безусловно, по-разному мы воспринимаем мировую политику, международные отношения. Причем начиная от последнего американского удара по Сирии и заканчивая какими-нибудь совсем локальными для Эстонии сюжетами — на уровне отношений Северной и Южной Кореи. Мы разные. Это нормальная и обычная ситуация. Но в Эстонии, как в неком оруэлловском государстве, вырождение идет такими темпами, так успешно, что любая другая точка зрения — не только внутри страны, но и за ее пределами — воспринимается как нападение на государство. Это, естественно, говорит о слабости собственных позиций.

— Чем это грозит? Какие-то запреты и рамки вам обозначили?

— Я не думаю, что мне сейчас имеет смысл брать туристическую путевку, ехать в горячо и искренне любимый мной Таллин, который я хорошо знаю; может быть, даже лучше многих сотрудников полиции безопасности. Думаю, что эти поездки надо будет отложить на какое-то время».

Источник: https://www.pravda.ru/news/expert/15-04-2017/1330808-rusofobiy-0/

Rubaltic.ru: «Спецслужбы Эстонии признали дискуссию о Прибалтике угрозой безопасности»

Rubaltic.ru: «Спецслужбы Эстонии признали дискуссию о Прибалтике угрозой безопасности»

Недавно охранная полиция Эстонии опубликовала аналитический доклад об угрозах национальной безопасности в 2016 году, в котором к перечню угроз отнесена и деятельность Ассоциации прибалтийских исследований. Информационно-аналитический портал Rubaltic.ru посвятил этому казусу свою публикацию.

Охранная полиция Эстонии (КаПо) опубликовала ежегодный доклад об угрозах национальной безопасности в 2016 году. Согласно эстонским спецслужбам, безопасности Эстонской Республики угрожают все, кто занимается странами Балтии на русском языке и смеет критически о них высказываться. Дискуссия о Прибалтике признана угрозой: вероятно, аналитики эстонской «охранки» боятся, что в споре родится истина о Литве, Латвии и Эстонии, которые в истинном свете окажутся не так хороши.

Прошлогодний ежегодник КаПо ознаменовался «эпическим фейлом», окончательно подорвавшим доверие к «аналитическому» продукту бравых эстонских разведчиков тех, в ком это доверие еще теплилось. Эстонская служба безопасности для придания убедительности своему тексту приложила к нему «секретные документы российских спецслужб», которые эстонцы якобы сумели раздобыть по своим агентурным каналам.

«Секретные документы российских спецслужб» украшали следующие «шапки»: «В Управление кадровой Слузбы ФСБ России» и «Первый заместитель Рукаводителя». Десятилетия борьбы с русским языком в Эстонии сыграли с профессором Плейшнером злую шутку: в эстонской спецслужбе не оказалось людей, знающих, как пишется по-русски «служба» и «руководитель».

После такого конфуза «работникам плаща и кинжала» оставалось только застрелиться. Но им к конфузам не привыкать: закалились, проигрывая все без исключения судебные разбирательства, которые затевали против них оскорбленные обвинениями в государственной измене фигуранты предыдущих докладов. Поэтому насмешки над ее «аналитикой» эстонской контрразведке как с гуся вода: в КаПо продолжают гнуть свою линию. В этом году Охранная полиция Эстонии традиционно причислила к угрозам национальной безопасности российских и русскоязычных ученых, журналистов, общественников и правозащитников, которые говорят и пишут о странах Балтии, смея высказываться о них без абсолютного восхищения и даже подвергать критике существующие там порядки.

«Кремль постоянно поддерживает и финансирует людей, которые пропагандируют антиэстонские пропагандистские рассказы на мероприятиях международных организаций, — уверяет служба безопасности. — Например, представители Центра правовой информации по правам человека и “Русской школы Эстонии” вновь приняли участие в ежегодном совещании по человеческому измерению, организованном Бюро ОБСЕ по демократическим институтам и правам человека в Варшаве с 19 по 30 сентября 2016 года. Эти “независимые представители эстонского гражданского общества”, купленные на русские деньги, нарисовали картину Эстонии, полностью оправдавшую ожидания спонсора: Эстония нарушает права российских детей на образование на своем родном языке и имеет “массовый” вопрос с людьми без гражданства».

Разумеется, в реальности ничего такого в Эстонской Республике нет.

И неграждан в Эстонии нет — массового вопроса с людьми без гражданства не существует.

И русские школы в Эстонии не закрывают, долю русскоязычных предметов в процессе обучения не сокращают — говорить о нарушении права русских детей учиться на своем родном языке нет никаких оснований.

И в том, что русский язык, на котором в Эстонии говорит каждый третий, лишен в стране Европейского союза всякого официального статуса, нет ничего удивительного.

Поэтому говорить о том, что у Эстонии есть какие-то проблемы с правами человека, представители настоящего гражданского общества не могут; если делают это, значит, куплены на русские деньги и отрабатывают заказ спонсоров из Кремля.

Равным образом настоящие ученые никогда не скажут об Эстонии что-то плохое. Если ученые позволяют себе слова критики в отношении «европейской демократической Балтии», значит, это не настоящие ученые, а агенты российских спецслужб.

«В начале 2016 года активизировалось влияние России на Прибалтийские государства в области истории. Признак этого усиления — основание Российской ассоциации прибалтийских исследований (РАПИ), которая должна в будущем объединить исследователей, изучающих историю и нынешнюю ситуацию в странах Балтии. Александр Дюков, руководитель агентства российской пропаганды в сфере истории, Фонда «Историческая память», рассказал об идее создания РАПИ и о необходимости в ней уже в 2014 году, — пишет КаПо. — У общественности сложилось впечатление, что Фонд был основан не по инициативе исследователей, а для продвижения внешнеполитических и внутренних пропагандистских интересов России… В своей деятельности РАПИ использует типичные для распространения российского влияния месседжи: дискриминация русскоязычного населения, фальсификация истории, балтийские государства как проблемный регион и т. д.».

«Профессионализм» эстонской разведки и контрразведки в этой части доклада просто зашкаливает. «У общественности сложилось впечатление, что Фонд был основан не по инициативе исследователей». Какая аналитическая мощь! Какая доказательная база! Разведывательное агентство ОБС («одна баба сказала») сообщает нам, что Российская ассоциация прибалтийских исследований создана для продвижения пропагандистских интересов России, — у общественности сложилось такое впечатление. А кто эта общественность? Если доказательств нет, то предъявите хоть общественность, у которой сложилось впечатление.

И конечно, настоящие исследователи «прогрессивной Балтии» никогда не станут говорить, что в балтийских государствах есть дискриминация русскоязычного населения, что там искажают историю или что эти страны представляют собой проблемный регион. Хотя о последнем на всех международных площадках трубят сами прибалтийские лидеры.

Ведь в их представлении Литва, Латвия и Эстония — это прифронтовые государства, которые нуждаются во внимании международного сообщества и поддержке союзников по НАТО, поскольку они подвергаются российской «гибридной агрессии», не могут отбиться от «рук Кремля» и атакуются изнутри путинской «пятой колонной». По большому счету к этому сводится весь отчет КаПо: он каждым абзацем подтверждает, что балтийские государства — проблемный регион.

Но говорить об их проблемах может только кремлевский пропагандист: отказ от привычных мантр про успешные и растущие малые демократии на берегу Балтийского моря и переход к критическому обсуждению модели развития Литвы, Латвии и Эстонии сам по себе считается истеблишментом этих стран диверсионно-подрывной деятельностью.

«25 ноября 2016 года состоялась публичная встреча с директором киностудии “Третий Рим” Валерием Шеховцовым — продюсером документальных фильмов о странах Балтии, выставляющих их в плохом свете. Встреча была организована калининградским дискуссионным клубом “Калининградский блог-пост” и, согласно рекламе, стала первым мероприятием из серии “Прибалтийский разлом: взгляд из Калининграда”, — пишет Охранная полиция Эстонии. — Мероприятие было организовано Александром Носовичем, журналистом портала RuBaltic.Ru, и Андреем Омельченко, членом местной Общественной палаты. Людям, присутствовавшим на встрече, были показаны пропагандистские фильмы Шеховцова “Нацизм по-прибалтийски” (2005) и “Прибалтика. История одной оккупации” (2009). Организаторы объявили, что они будут проводить подобные встречи в Калининграде раз в месяц. Как утверждается, эти события были вызваны тем, что страны Балтии активно проводили политику “черных списков” и не позволяли российским экспертам въезжать в страну».

Уважаемые работники эстонской полиции безопасности, но вы ведь в самом деле проводите политику «черных списков» и не позволяете российским и не только российским экспертам въезжать в страну. Вы задержали в Таллинском аэропорту академика РАН Валерия Тишкова. Вы депортировали из Эстонии итальянского писателя Джульетто Кьезу.

Поэтому публичные дискуссии о современной Прибалтике теперь проводятся в Калининграде. Если вам не нравится, что говорят о сегодняшних Эстонии, Латвии и Литве люди, которым вы запретили въезд, то приезжайте в Калининград, в Санкт-Петербург, в Москву и отстаивайте свою правду в свободной дискуссии.

Только ведь не приедете. Потому что вы боитесь свободной дискуссии. Дискуссия о Прибалтике как таковая является для Эстонии и других Прибалтийских республик угрозой национальной безопасности: если допустить столкновение разных точек зрения на сегодняшнюю Прибалтику, то официальная точка зрения в любом случае проиграет.

И стоит ли этому удивляться, если главная спецслужба Эстонии из года в год делает свой главный публичный документ на таком уровне, за какой студента на первом курсе заставили бы переписывать курсовую?

У нее добытые путем хитроумных спецопераций «документы российской разведки» адресованы «первому заместителю рукАводителя» и направляются в «управление кадровой слуЗбы».

Исследовательская ассоциация признаётся рупором Кремля на том основании, что «у общественности сложилось впечатление».

Путинскими марионетками объявляются те, кто называет отсутствие гражданства у 6% населения Эстонии проблемой массового безгражданства.

Какая уж тут может быть дискуссия и отстаивание своей точки зрения в честном и открытом разговоре? Боитесь вы такого разговора, потому что ответить вам нечего. От этого и «черные списки» неудобных экспертов, правозащитников и деятелей культуры. От этого отключения телеканалов. От этого конфискация всего тиража неугодных вам книг и заведение уголовных дел на издателей.

От этого и ваши смехотворные ежегодники КаПо, ДГБ, Полиции безопасности, Бюро по защите Конституции и прочих «пятых управлений КГБ» по борьбе с «идеологическими диверсиями», которых в вашей «демократической Балтии» как грязи».

Источник: http://www.rubaltic.ru/article/politika-i-obshchestvo/14042017-spetssluzhby-estonii-priznali-diskussiyu-o-pribaltike-ugrozoy-bezopasnosti/

На канале агентства News Front обсудили «Прибалтийский вопрос»

На канале агентства News Front обсудили «Прибалтийский вопрос»

Президент Российской ассоциации прибалтийских исследований, профессор Санкт-Петербургского госуниверситета Николай Межевич выступил в эфире программы «На самом деле» агентства News Front.

Тема передачи — «Прибалтийский вопрос», ведущий программы — Сергей Веселовский.

«Государства Прибалтики, то есть Эстония, Латвия и Литва, с самого начала взяли курс на евроинтеграцию», — сказал Николай Межевич.

«Разговоры о возможности политического нейтралитета быстро пролетели, и началась стадия евроинтеграции, которая в понимании Таллина, Риги и Вильнюса исключает какие-то, я бы сказал, такие вещи, которые происходят сегодня на Украине», — добавил он.

Источник: https://news-front.info/2017/04/14/240982/

Страница 5 из 41« Первая...34567...102030...Последняя »